Священник Георгий Харин: слово на библейское чтение о наибольшей заповеди в законе

Сегодня за Божественной литургией мы слышим евангельское чтение о наибольшей заповеди в законе.  В фарисейской среде Иисус Христос породил бурю негодования. Религиозная элита времени Христова не принимала то, что Он говорил, всем своим существом, поэтому всячески искала средства к тому, чтобы отторгнуть Христа от народа. Поэтому задавались Ему такие вопросы, на которые, кажется, и не было ответа.

Это провокационные вопросы. И вот опытный в законе, опытный в знании талмуда человек подходит к Христу. Евангелист называет его «законник некий». Он подходит к Христу и задает Ему вопрос, на который, кажется, и ответа нет.

Все дело в том, что в фарисейской среде был очень серьезный богословский спор, доходивший иной раз до убийства. Он заключался в том, какая же из заповедей бОльшая – заповедь об обрезании или заповедь о субботе. Вот что важнее соблюсти: субботу сохранить, то есть ничего не делать в субботу, или же  — обрезание. Кажется, здесь все ясно. Но вот этот спор имел большое значение и занимал фарисеев и законников своего времени.

Желая скомпрометировать Христа, ему задают этот вопрос – какая же из заповедей большая? Скомпрометировать можно было тем, что если Он скажет, что заповедь о субботе выше, то Он тех, кто считает, что заповедь о субботе не выше, отторгнет от себя, ну и дальше можно будет еще… по древнему принципу «разделяй и властвуй».

И вот, желая скомпрометировать Христа, задается этот вопрос. Вопрос, конечно, с нашей с вами, христианской, точки зрения ничего не стоящий. И вот Христос отвечает на него так глубоко, так мудро, что, как мы слышали с вами из евангельского чтения, тот, кто слушал его, сам был поражен глубиной ответа Христова. Этот законник восклицает: «Как хорошо ты сказал!». И заканчивается этот отрывок евангельский тем, что  никто уже не смел Его ничего спрашивать, потому что ответ поразил слушателей.

В чем же ответ Христов? Он совершенно в другой плоскости решает этот вопрос – вопрос об обряде. Он говорит: «Большая из всех заповедей – это заповедь о любви к Богу, и вторая заповедь подобна ей: «Люби ближнего, как самого себя. Это и есть и закон, и пророки».

Этот ответ Христов, действительно, величественный, новый по отношению ко всему тому, что говорилось до него и принципиально иной по отношению ко всему тому, что говорится после него. Христос говорит об отношениях человека с Богом и человека с человеком как о любви. Другие все религии говорят о том, что мы должны Бога бояться, приносить жертвы, выполнять какие-то их заветы и если мы не сделаем этого, то нам конец просто.

И вдруг Христос говорит: «Люби Бога и ближнего, и все тебе будет понятно.  Все заповеди встанут на место. Тогда все будет хорошо».

Подумаем немного над тем, что сказал Господь. Вообще, говорить на эту тему очень трудно, потому что говоришь и обличаешь сам себя. Мы, к сожалению, таковы, что по самости любовь воспринимаем как способ обладать чем-то. Вот если я люблю кого-то, то я бы хотел,  чтобы он был со мной. Да, люблю человека и хочу, чтобы он был всегда рядом, хочу как бы захватить его, пленить. Так вот, к сожалению, мы очень часто любовь свою видим как плен.  Мы хотим, чтобы все было «по-моему» и чтобы любовь моя, к сожалению, часто это бывает, превратилась в клетку для того, кого я люблю. И очень часто, к сожалению, это бывает и по отношению к Богу.

Мы тоже все время пытаемся Его посадить, —  в переносном смысле слова, —  в клеть своей любви и заставить Его делать так, как нам хочется, чтобы Он был всегда рядом, помогал во всем. Вот тогда я буду Его любить.

Так вот Господь нам говорит о совершенно  ином, о другом способе отношений между Богом и человеком. Люби Бога и ближнего как самого себя. О чем это?

Мы призваны любить Бога. Отношения наши с Богом должны быть святыней, которую мы должны нести в жизни, как несут драгоценную жемчужину, как несут нечто такое, что нельзя пролить, как драгоценную жидкость. Человек, который любит Бога так, не садит его в золотую клетку своей любви, не простирает на него право распоряжения, а любит Бога благоговейно, не беря Его в плен, а стараясь не оскорбить Его Святыни.

Сам Господь в Евангелии говорит на эту тему: «Любящий Меня волю Мою соблюдает». Вот залог любви нашей к Богу. Вот что центр жизни христианской. Господь говорит: «Люби Бога». Что значит любить-то Бога? Бояться оскорбить Его нелепостью своих суждений, нелепостью своих поступков – так, как влюбленный юноша боится оскорбить нелепой шуткой или неудобным положением свою возлюбленную, перед которой благоговеет. Так же и мы должны перед святыней Божией стоять в готовности и чистоте и бояться оскорбить Его присутствие глупым словом.

Вот если мы будем помнить, что Бог все время с нами, разве сможем мы ругаться? Вот часто слышишь: «Батюшка, согрешил сквернословием». Вспомни о том, что Бог рядом. Сможешь ли ты в присутствии Христовом употребить крепкое выражение? Осудить ближнего? Пороптать на жизнь? Погневаться на кого-то? Когда Судия всех стоит и смотрит на тебя,  и видит там то, что ты сам знаешь? Конечно, нет!

Вот такое-то предстояние, такое стремление не оскорбить величие Божие и исполнять Его волю, выраженную в Евангелии, и делает нас близкими Ему. Это и есть любовь.

Когда мы любим кого-то, мы всячески стремимся ему угодить. Когда мы любим, мы слышим того, кто нами любим. Он только попросит, а может даже и не просит ничего, мы только увидели, что вот хотелось бы нашему ребенку, например, что-то там приобрести, и вперед просьбы идем и покупаем. Потому что хотели бы, хотели бы сделать тому, кого любим, благо. Также и с Богом.

Теперь, что касается «ближнего, как самого себя». Это еще труднее понять. Что значит – ближнего, как самого себя, возлюбить? Трудно это изложить в двух словах. Но скажу только вот что. Нам действительно бывает трудно любить ближнего. И тем более еще, как самого себя. А если не любишь себя – как быть? А ведь это очень часто бывает. Человек смотрит на себя и не видит ничего хорошего в себе. Если только честно к себе относится, то видит, что полюбить-то нечего. Но бывают в нашей жизни моменты, когда мы собой гордимся, когда мы себя любим – не по-плохому, что вот я такой самый умный, самый лучший, а по-хорошему.  Вот обычно привык отвечать злом на зло. И вот в какой-то момент преодолел себя и не ответил обидчику. Прошло какое-то время, и так за себя радостно. Думаешь, ну вот, Слава Богу, я вот скотина скотиной, а смог себя преодолеть. И так  бывает приятно на душе.

Это любовь, в том числе, и к самому себе, к своей добродетельной части. И вот надо понять и умом и сердцем, что такая добрая часть есть в каждом из нас. И вот Христос предлагает нам полюбить в ближнем именно это. Не то негодное, что не достойно любви, а найти в ближнем, в дорогом для нас человеке, ту частицу, которую мы в себе любим, и он в себе любит. И любя ее, эту пусть совсем малую частицу, малую добродетель, мы можем ее раздуть. Мы можем ее развить. Вот в угольке совсем мало загорелось сбоку, но если  дуть усиленно, то постепенно все разгорается.

И вот нам дан наш ближний. Даны мы сами себе. Перед Богом, перед Огнем Вечным. Греческое слово Бог – θεός  от греческого глагола φωνή – гореть. Бог «пылающий», и вот мы должны постараться и свой уголек, и в ближнем сколько-нибудь полюбить, чтоб раздуть в нас пламя, пламя любви Божией, которое есть истинная жизнь, настоящее счастье, настоящее условие вхождения в Жизнь Вечную. Аминь.

9.09.2018

Храм Святителя и Чудотворца Николая, гор. Ижевск

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *